Вторник, Октября 01, 2013
Поиск по сайту
Поддержать Maleus
Сбор средств на хостинг, дизайн и печеньки
Сбор средств на хостинг, дизайн и печеньки
руб.
счёт 410011162761837.



Счетчики

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru

Последний выживший птерозавр?

Палеонтологи изучили остатки дракона, убитого под Римом в 1691 году. Как оказалось, монстр Корнелиуса Мейера представляет собой довольно качественную мистификацию.

Преподаватель биологии Файетвильского университета Северной Каролины Фил Сентер решил разобраться с бытующим среди креационистов и криптозоологов представлением о том, что птерозавры дожили по крайней мере до средневековья. Одним из доказательств этой гипотезы традиционно считается гравюра голландского инженера Корнелиуса Мейера, опубликованная в 1696 году, на которой якобы изображен скелет дракона, убитого в окрестностях Рима несколькими годами ранее.

Некоторые креационисты, принадлежащие к школе "младоземельцев", считают эту гравюру доказательством существования живых птерозавров по крайней мере в 17 веке. В частности, это утверждается в работах Джона Герцена (Goertzen, J. 1998. The rhamphorhynchoid pterosaur Scaphognathus crassirostris: a living fossil until the seventeenth century? pp. 253-269. In Walsh, R.E. (ed.), Proceedings of the Fourth International Conference on Creationism. Creation Science Fellowship, Pittsburgh.) и Дэвида Ветцеля (Woetzel, D. 2006. The fiery flying serpent. Creation Research Society Quarterly 42:241-251.) Указанные авторы использовали художественное изображение дракона, чтобы поставить под сомнение современные научные представления о том, что людей и птерозавров разделяют многие миллионы лет.

Стоит отметить, что сама книга Мейера,опубликованная в 1696 году, посвящена главным образом различным инженерным сооружениям окрестностей Рима. Однако на последних страница первой ее части размещена та самая гравюра, изображающая стоящие на постаменте скелетезированные остатки дракона и его реконструкцию. Надписи гласят: "Живой дракон 01.12.1691 г., в болотах под Римом", "Дракон, восстановленный руками инженера Корнелиуса Мейера" и "Дракон, как тот, что мертв".

К сожалению, в тексте книги упоминаний о драконе не содержится, поэтому для понимания причин его появления на страницах инженерной монографии придется обратиться к историческому контенту. В средневековой Европе, особенно до массового устройства гидротехнических сооружений, наводнения и другие связанные с реками и водой стихийные бедствия причиняли значительный ущерб и зачастую ассоциировались с деятельностью змеев и драконов, по преданиям, населявших водоемы. При этом даже многие представители науки считали существование подобных водяных монстров если и не доказанным, то вполне возможным.

Один из таких драконов обитал, по данным средневековых источников, в окрестностях Рима и был жив в 1691 году, когда Мейер строил там свою дамбу. Впрочем, тремя десятилетиями ранее, если верить слухам, в этой местности уже убили одного дракона. Немецкий писатель Джордж Киршмайер так описывал это событие: "27 октября 1660 года крылатый дракон появился в Кампаньи и ранил охотника, но спустя восемь дней все же был убит, и его тело, несомненно под влиянием яда, приобрело зеленый оттенок".

Судя по всему, строительство дамбы под Римом привело к появлению слухов о том, что убитый в 30 лет назад дракон снова жив. В таком случае демонстрируемый Мейером скелет должен был развеять опасения местных жителей и не допустить массовых волнений и паники. Неясным остается лишь, кого именно пытался распропагандировать Мейер своей подделкой – деревенских жителей или собственных рабочих, без энтузиазма воспринимавших возможность встречи с живым драконом.

Так или иначе, но вместо того, чтобы опровергать устоявшиеся народные представления о самом существовании драконов, Мейер решил мудро продемонстрировать мертвого, то есть вполне безопасного монстра. После этого почти 300 лет о драконе Мейера не вспоминали, пока в 1979 году репродукция его гравюры не была опубликована в одной из книг о драконах. (Allen, J. and Griffiths, J. 1979. The Book of the Dragon. Chartwell, Secaucus.)

Ознакомившиеся с этим изданием Герцен и Ветцель из сообщества креационистов-младоземельцев интерпретировали "дракона Мейера" как хорошо известного науке птерозавра Scaphognathus crassirostris, имевшего длинный хвост и гребень на голове (у средневекового художника почему-то превратившийся в рога). По данным Герцена, S. crassirostris является единственным известным длиннохвостым птерозавром с гребнем.

Ценность этой истории закючается в том, что качество гравюры позволяет определить принадлежность изображенных на ней частей скелета достаточно точно. Однако до сих пор такого исследования сделано не было, и Фил Сентер решил взять эту работу на себя, перечислив всех животных, которые были использованы при создании этого таксидермического обмана. В ходе работы Сентер и его соавтор Понданеза Вилкинс сравнили части скелета дракона Мейера с их аналогами в скелете настоящего Scaphognathus crassirostris, а также другими птерозаврами и современными позвоночными. Ученые использовали также литературные данные, фото и рентгеновские снимки, любезно предоставленные разными музеями.

Итак, череп. На самом деле он принадлежал собаке. Череп Scaphognathus crassirostris, которого видят в драконе Мейера креационисты,  отличается от изображенного на гравюре почти во всех отношениях. Вынесенные на фронтальную поверхность глазницы, а также расположение и форма зубов указывают на то, что средневековый инженер изобразил череп млекопитающего – обычной домашней собаки. Рога и странный загибающийся вниз хоботок в передней части морды были добавлены к нему явно для наглядности, чтобы придать собачьему черепу "драконий" облик, как его представляли себе в средневековье.

Любопытно, что нижняя челюсть, также собачья, принадлежала другой, менее крупной особи. Она также ничуть не похожа на челюсть птерозавра – у скафогнатуса, например, не было венечного отростка, и в ряд росли шесть широко расставленных конических зубов. На гравюре же видны клыки и коренные, опять таки типичные для домашней собаки.


Грудная клетка дракона Мейера образована 12 парами тонких ребер, к концам сужающихся в точку. При этом в начале и конце их длина минимальна, а самые длинные кости расположены в середине – это шестая, седьмая и восьмая пары ребер. У птерозавра Scaphognathus же наиболее длинными были ребра до шестой пары, так что и здесь сходства с ним не видно.

Больше всего изображенные на гравюре ребра напоминают костистых рыб, достаточно крупные представители которых населяют Средиземное море, а также реки и озера Европы. Говорить о систематической принадлежности донора ребер конкретно не представляется возможным из-за их малой таксономической информативности.

На гравюре также видно, что ребра примыкают к позвоночному столбу сверху, в районе нейральных дуг. У рыб они обычно крепятся к боковой поверхности тела позвонка, что наводит на мысль о том, что позвоночный столб принадлежит не рыбе. Судя по наличию поперечных отростков позвонков, его бывший хозяин –  определенно тетрапода, но кто именно – варан, крупная птица или еще кто-нибудь, сказать невозможно. Впрочем, некоторые мелкие подробности наводят на мысль о том, что по крайней мере грудные позвонки дракон позаимствовал у бобра.

Анатомия крыльев не подходит ни птерозаврам, ни летучим мышам. Их задний край зубчатый, как у рукокрылых, однако пальцы, образующие выступы крыльев, у летучих мышей сходятся вместе в районе ладони, а у дракона Мейера этого не происходит. Что касается птерозавров, то у них задний край раскрытых крыльев был ровным, без выраженных выступов.

Кроме того, крылья дракона крепятся к грудной клетке примерно в ее середине, в то время как у всех известных летающих тетрапод плечи локализованы в районе первых ребер. По совокупности всех этих фактов можно сделать вывод о том, что крылья были изготовлены отдельно и представляют собой подделку в чистом виде.

Задние лапы дракона оканчиваются пятью сильно изогнутыми когтями, а большая и малая берцовые кости примерно равны в диаметре. Строение лап птерозавров сильно отличается от описанного, зато эти черты присущи росомахам и европейскому бурому медведю. Судя по размерам и пропорциям фаланг пальцев, на ноги дракона Мейера пошли передние лапы бурого медведя.

Хвост нарисованного на гравюре дракона состоит из 51 позвонка, длина каждого из которых примерно равна высоте. По мере приближения к концу хвоста их диаметр уменьшается, заканчиваясь острым кончиком. Пропорции хвостовых позвонков птерозавров иные, причем их остистые отростки настолько длинны, что перекрывают несколько соседних позвонков, образуя систему костных стержней, являющуюся отличительной особенностью длиннохвостых птерозавров. Ничего подобного у дракона Мейера мы не видим.

Более того, ни в одной группе позвоночных не известны хвостовые позвонки, аналогичные изображенным Мейером, из чего можно сделать вывод, что хвост представляет собой скульптурную подделку, а не фрагмент реального ископаемого или современного животного. Дополнительным аргументом в пользу версии о подделке служит полное отсутствие у скелета плечевого и тазового поясов. Фрагменты кожи не несут чешуи, которой можно было бы ожидать от дракона, и "случайно" прикрывают именно те места скелета, в которых происходит переход от костей одного животного к другому.

Таким образом, доказательство существования "современного птерозавра" можно считать полностью дискредитированным. Единственное, на что годен дракон Мейера – проиллюстрировать некоторые любопытные культурные особенности средневековых итальянцев.

По материалам сайта Paleo-electronica.org

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Paleonews.ru

Maleus ВКонтакте